Общий источник: Обзор судебной практики ВС РФ №3 (2025), утвержден Президиумом ВС 08.10.2025. Официальный PDF 173 страницы: копия, текст, карточка с URL и хешем. Прочитаны пункты 7–9, страницы 24–35; остальной обзор не заявлен прочитанным. Ниже изложены два определения по официальному обзору, а не по самостоятельно полученным полным материалам индивидуальных дел. Дата каждого определения в прочитанном обзоре не указана; ее нельзя выдумывать из года номера.
Пункт 7: определение №73-КГ25-1-К8
Вопрос. Достаточно ли подписи под страховыми документами, чтобы отвергнуть довод человека, пришедшего в банк оформить вклад, о непонимании реально проданного продукта?
Факты. 01.11.2022 оформлен договор «Фиксированный доход» на 2 млн рублей до 18.02.2028. 29.12.2022 подано заявление о возврате, рассчитана выкупная сумма 696 тыс. рублей. Истец указывал на первоначальную цель разместить вклад, плохое зрение, действия сотрудника с его телефоном и недостаточность объяснений. Первая инстанция удовлетворила требование о недействительности; апелляция и кассация исходили из подписанных документов и отказали.
Вывод ВС. Необходимо исследовать реально предоставленную информацию, способность понять ее и обстоятельства продажи; профессиональный продавец не освобождается от доказывания надлежащего информирования одной формальной подписью. Банк должен показывать осознанный выбор данного продукта в конкретных обстоятельствах.
Исход. Апелляция и кассация отменены, дело направлено на новое апелляционное рассмотрение. ВС этим актом не присудил окончательно всю премию. Последующее движение не исследовано.
Предел переноса. Низкий инвестиционный результат при ясном согласованном риске не равен существенному заблуждению. Возраст или плохое зрение не делают сделку автоматически недействительной. В данном деле премия превышала порог 1,5 млн, поэтому нельзя объяснять результат безусловным 30-дневным возвратом по №5968-У. Маршрут: сберегательное страхование.
Пункт 8: определение №89-КГ24-15-К7
Вопрос. Как оценивать отказ по стандартному медицинскому исключению, если индивидуальный полис прямо обещал страховую выплату от указанной болезни, а вопросы о здоровье не задавались?
Факты. Договор заключен 14.11.2020, охватывал смерть от COVID-19; застрахованный умер 14.11.2021. Страховщик ссылался на стандартные правила о лицах с гипертонией и другими заболеваниями. Индивидуальное описание риска не содержало соответствующей оговорки. Суды трех инстанций отказали.
Вывод ВС. Следует исследовать приоритет индивидуальных условий, ясность доведенной информации, действительное согласование ограничений и вопросы, заданные страховщиком. Нельзя считать стандартную оговорку достаточной, игнорируя конкретное обещание полиса и правила статьи 944 ГК.
Исход. Отказные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в первую инстанцию. Не следует писать «ВС взыскал страховую сумму»: такого конечного результата из обзора не следует. Новое рассмотрение не проверено.
Предел переноса. Позиция не запрещает любое предварительно ясно согласованное и допустимое описание риска и не защищает заведомо ложный ответ на существенный вопрос. Отдельно применяются специальные минимальные требования к кредитной страховке и определенным накопительным продуктам. ДМС и путешествия имеют собственный предмет, поэтому COVID-полис не доказывает включение любой медицинской услуги в их программу.